15:33 

Ненавижу мяту

Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Название: Ненавижу мяту
Автор: Yaoi_no_musume
Бета: Kuro-chi
Жанр: слеш, ориджинал
Рейтинг: R
Пейринг: Александр\Павел
Статус: закончен
Размер: мини
Размещение: запрещено
От автора: под настроение...

– Привет,– говорю я.
– И тебе здорово! – с прищуром и широкой нахальной улыбкой.
Смотрю на него и думаю, неужели я так красив? Черные волосы, серые глаза, бледная и нежная кожа... и не скажешь, что вот это довольное жизнью существо, по совместительству мой брат-близнец, правая рука главы мафиозного клана. Я вновь оглядываю его. Когда-то аккуратный костюм, купленный за бешеные бабки, сейчас безнадежно испорчен. Пули, ножи, удары или еще какая хрень не способствуют аккуратности. Втягиваю воздух, отчетливо чувствуя запах крови. Не его. И на этом спасибо.
– Надолго домой?
– Нет, я лично к тебе. По делу.
Я удивленно на него воззрился. Какое может быть дело у мафиози к обыкновенному официанту? Я пошел по другому жизненному пути и с братом пересекаюсь только дома, и то ненадолго. А все из-за этого Александра – их главного. Страшный мужик. В последние полгода облюбовал наш ресторан, обязательно приходит пару раз в неделю . И еще от него все время пахнет мятой. Ненавижу мяту. Шеф не знает, радоваться ли, огорчаться? Вроде и клиент хороший, богатый, но и Босс мафии – тоже проблемы. Хотя я немного рад, ведь брата стал чаще видеть.
– Что за дело?
– Секретное, – ухмыльнулся.
Ну, конечно, у него все дела секретные.
– И в чем выражается эта твоя секретность? – устало.
– Босс не должен ничего узнать.
А вот это серьезно. Если тайна от Александра, то я даже и не знаю... Я безумно его боюсь. Он огромный и все время хмурится, и глаза у него ледяные, и голос грубый, и... Да какая разница? Брат же просит.
– Что я должен делать?
Он снова хитро щурится и выдает:
– Пойти со мной в клуб!
– Что? Зачем?
– Выпить и расслабиться!
Я не понимаю, зачем? Я же не пью вообще, по клубам тем более не хожу. И при чем тут Александр?
Озвучиваю мысли и получаю странный ответ:
– Детали после согласия.
Ну разве я могу отказать? Соглашаюсь и попадаю в тиски. Брат решил пообниматься, хе. Не часто он так делает. Значит, и правда, рад. Обнимаю в ответ и говорю:
– Давай – рассказывай.
Рассказывает. Я ничего не понимаю. Мы должны пойти в клуб, напиться, накуриться, и все это время я должен буду притворяться братом, а он – мной. Зачем? Надо. Как долго мы там будем? Как получится. А если интуиция подсказывает, что это плохая идея? Дать ей в хряпалку и не зацикливаться. Следующий вопрос был оборван легким подзатыльником.
– Не ссцы! Пошли одеваться.
– Я уже одет, – недоуменно.
– Не так ты одет.
Не так? Да вроде как обычно: джемпер, джинсы, и кроссовки надеть. Не то, что брат: бордовая рубашка, черный пиджак из тонкой ткани, брюки и начищенные до блеска туфли. Правда, сейчас все это пребывало в плачевном состоянии.
Брат за руку потащил меня в свою комнату, вытащил какие-то шмотки и приказал надевать. Именно приказал, кстати. Я оделся, дал брату свою одежду, и мы вышли из квартиры.
Клуб был для элиты. Брат не улыбался, а только тихо жался ко мне. Неужели я так себя веду? Я же не такой зашуганный. Но мое нынешнее поведение... Если бы не брат, никогда бы не стал так себя вести. Широкая лыба на лице, дерзкие подколки для знакомых и незнакомцев, пинки зазевавшимся и не ушедшим с моего пути, бесстыжее облапывание каких-то девок. Но кое-чего брат не учел – я непьющий. После первого глотка банального пива мне похорошело. После второго я стал счастливым, после трехсот грамм я ничего не помню.
Разбудила меня головная боль. Рядом кто-то кричал, ухудшая мое и без того ужасное состояние.
– Да заткнитесь вы! – гаркнул я, морщась от собственного крика.
Если честно – третий раз в жизни повышаю голос. Но сейчас можно, раз уж я узнал, что такое отходняк. Всегда было интересно, так ли плохо брату после попойки, как он показывал. То ли он старался скрыть свое состояние, то ли я такой восприимчивый, но чувствую себя намного хуже. Брат хоть сразу мог встать с кровати и пойти в ванную. Кстати, а где брат? И кто это орал тут? Ну, кроме меня, конечно.
Пытаюсь сфокусировать взгляд. Все расплывается, и я пытаюсь поднять руку, чтобы протереть глаза. Чувствую, как пальцы что-то сжимают. Опускаю взгляд и усмехаюсь. Ну вот, у меня еще и галюники. Моргаю, пытаясь прогнать наваждение, но оно не проходит. Спустя несколько минут осознаю реальность происходящего, страх сжимает мне горло, заставляя задыхаться. В руке у меня длинный нож, скорее кинжал, покрытый полузасохшей кровью. Оглядываю себя – костюм брата, также в бордовых пятнах, туфлей нет, сижу на кафеле... в луже крови. Да что происходит-то? Я что, кого-то убил?
– Очнулся? – знакомый голос и запах мяты.
Поднимаю голову, и сердце замирает в груди. Александр. Мне страшно, где брат? Ищу его глазами и нахожу. Смотрю на брата и мечтаю, чтобы все это было простым кошмаром, чтобы я очнулся как можно скорее. Проваливаюсь в темноту, уже точно зная, что картина, только что увиденная мной, пусть даже ненастоящая, будет преследовать меня всю жизнь. Брат, лежащий на полу, его остекленевшие серые глаза, приоткрытый рот с дорожкой крови в уголке губ и множество отверстий в его груди. Ножевых отверстий. Господи милостивый, разбуди меня!!!
В этот раз пробуждение не было приятней. Сначала на меня вылили ледяной воды. Целое ведро, наверно. Потом мощный удар ногой в живот откинул меня на метр. Я широко раскрывал рот, пытаясь вдохнуть, но последующие удары заставляли забыть о такой роскоши. Я мог только хрипеть и пытаться отвлечься от адской боли. Я вообще нежный человек, плохо переношу боль, как душевную, так и физическую. Поэтому не мудрено, что в данный момент моя личность закрылась в мысленном погребе, восстанавливая себя по кусочкам. Тело жило только инстинктами и рефлексами. Иначе... я не знаю, что бы со мной стало.

***


Когда я начал немного воспринимать реальность – может, через неделю, не знаю, – то несколько испугался за свою жизнь. Дышать было больно, двигаться не мог – сразу кровь собиралась во рту, может, какое-то из поломанных ребер проткнуло легкое, а может, еще что-то, не знаю. Я находился в какой-то комнате без мебели, прикованный наручниками к батарее. Как банально.
Аккуратно повертел головой, оглядываясь. Никого нет. Но через час – может, больше – я услышал голоса за дверью. Один из них я узнал сразу. Захотелось вновь в милый и уютный погреб. Подальше от Босса. Черт, как же страшно-то! Дверь открылась, и вошел Александр. Медленно подошел ко мне и присел на корточки.
– Ну, что, как обычно? – голос был обманчиво ласков. Повеяло ненавистной мятой.
От страха я онемел. Мужчина удрученно покачал головой и кивнул кому-то. Вошли два амбала и сразу же, без прелюдий, начали меня избивать. Благо, что по голове, чего я так боялся, не били, даже лицо не трогали. Когда они закончили, я все еще был в сознании, как ни странно. Босс опять склонился ко мне.
– Ритуал продолжается. Где документы, Тошка?
Я, в каком бы состоянии ни находился, нашел в себе силы на изумление, а потом и на понимание. Естественно, как же я сразу не догадался – я выглядел как брат, вел себя, как он, нажрался тоже. Естественно, меня приняли за него. Значит, меня сейчас не должны избивать. За... убийство... брата. Антона бы так не мучили. Что же ты натворил, брат?
Естественно, я не признался. Во-первых, не факт, что они мне поверят, а во-вторых, я и сам не хотел. Я ведь заслужил это, я... убил собственного брата!!! Как же я себя ненавижу! И сейчас принимаю легкое наказание по сравнению с тем, что ждет меня в аду.
– Молчишь? – голос вывел из мысленного самоуничижения.
– А что сказать? – хрипло, откашливаясь кровью.
– О-па! Заговорил! Я уж думал, что все бесполезно, решил сделать твое наказание своеобразной привычкой! – заржал, зло смотря на меня.
– Убил бы сразу. Все равно не скажу, где эти чертовы бумажки, – устало и безнадежно.
– Я же говорю, Тош, это такое подобие ритуала! Бумаги мне уже не нужны, твоего Черныша замочили. Никто тебя и не выручит теперь, хотя, я уверен, и не собирались.
– Тогда, зачем? – нет сил на удивление.
– Тварь ты поганая, Антон. Пашку-то нахера замочил? Знал же, что так просто не оставлю этого, – почти осязаю его ненависть.
Пашку? А я-то тут при чем? Ну, подумаешь, убил бы меня Антон, но его это каким боком касается? Босс в любом случае его бы отмазал. Похуй. Все равно отрубаюсь.
– Сдался он тебе... обычный парень... – успеваю прошептать, прежде чем потерять сознание.
– ...айся. Просыпайся! Подъем, Тоха!!! – женский голос.
Открываю глаза и сразу же зажмуриваюсь. Яркий свет режет глаза. Где я? Оглядываюсь – очень похоже на больничную палату. Рядом стоит красивая женщина, когда-то видел ее с братом. Как же ее имя? Катерина? Ирина? А! Карина! Брат довольно дружелюбно с ней общался. Во всяком случае, пошлые шуточки в ее адрес мне слышать не приходилось.
– Добрый день, красавчик-камикадзе.
– Привет, Карина.
– Эй, Тошка, я спросить хотела – ты правда сумасшедший? Как тебе в голову пришло Пашку прикончить, понятия не имею.
– А что насчет бумаг? За них не наказывают? – облизнув пересохшие губы. Не хочу слышать о своем поступке – слишком больно.
– А что бумаги? Так бы он тебя грохнул по-быстрому, и забыл сразу. А Пашка твой... ты сам понимаешь.
– Не понимаю, – буркнул. – Где я?
– Ха-ха! Хорошая шутка. А ты сейчас в больнице. Если бы не отвезли, сдохнул бы. А Босс еще не наигрался с тобой. Сочувствую, но, похоже, у него появилась идея, как тебя использовать. Это из-за того, что вы близнецы. Ну, ты догадался, красавчик!
Да нихера я не догадался! Что вообще происходит? Зачем я-Павел понадобился Александру? И о чем знал брат?
– Ладно, отдыхай. Силы тебе еще понадобятся, – усмехнулась и вышла.
Однако наслаждался тишиной и спокойствием я недолго.
– Здарово, задница! – гаркнул Александр, входя в палату, принося с собой чертов аромат. – Я придумал, что с тобой делать!
Заранее стало страшно. От мафии ничего хорошего ждать не приходится. Жестокие, убивают с улыбкой на лице, для них во всем мире – кроме клана – анархия. Так говорил брат, таким он был сам. А Александр в тысячу раз хуже, если не в миллион.
– И что же? – с беспокойством.
– Когда сможешь на ноги подняться, узнаешь.
Сразу же захотелось побольше травм, чтобы находиться в своеобразном убежище подольше. Но знаю, что это бесполезно. Что бы Босс ни решил со мной делать – я это заслужил. Я стал убийцей, убийцей собственного брата!

***


Нет, я ошибался. Такого никто не мог заслужить. Вот уже шесть дней, как меня выписали из больницы. Шесть дней я подвергаюсь страшнейшему унижению в своей жизни. Шесть дней я мечтаю о ежедневных побоях. Шесть дней меня имеют, как последнюю шлюху. Шесть дней я слышу свое настоящее имя, когда Александр кончает в меня. Шесть дней я сижу в одной комнате, с ужасом ожидая ночи. Шесть дней я по утрам смываю с себя мускусный запах и аромат мяты.
Сегодня он пришел пьяный в стельку. Дыша на меня перегаром, начал раздеваться. Мне он вообще не позволял носить одежду. С трудом навалившись на меня, сразу же засадил до конца. Больно. Мне всегда больно, но он не обращает на это внимания. Да и с чего бы? Двигался Босс медленно, зато мощно, иногда начинал тихо называть меня тварью, уебищем, уродом, много как. Пусть и воняло от него водкой, но я был немного рад этому – мяты не чувствовалось.
Когда Александр кончил, то даже не вытащил член из меня. Завалился на бок, увлекая за собой, и захрапел. Спустя некоторое время я смог освободить свою задницу и попытался отодвинуться от него. Босс лишь сжал меня сильней, прижимая к себе. Я безнадежно вздохнул и закрыл глаза.
Заснуть я не мог, поэтому, когда мужчина что-то забормотал, испуганно замер. Но поняв, что тот просто разговаривает во сне, расслабился. Вскоре начал различать отдельные слова. Часто мелькали "сука", "убью" и "как ты мог". А потом я услышал свое имя. Кое-как развернулся лицом к Александру и замер.
– Паша... Пашка... Пашка... – судорожно шептал он . Слезы, копившиеся в уголках закрытых глаз, сейчас свободно текли на подушку.
Всю ночь я слушал свое имя, кончиками пальцев вытирая соленую влагу со щек того, кого ненавидел и боялся. А под утро крепко обнял его и тихонько прошептал:
– Не плачь. Я здесь.
Он еще некоторое время звал меня, а потом обнял в ответ и успокоился. Я лежал с закрытыми глазами, понимая, что эти слезы на лице Александра что-то изменили во мне. Больше не чувствовалось особого страха и всепоглощающей ненависти, а отвращения никогда и не было – вытесняло первое ощущение . Я не понимал, когда он успел меня полюбить? Ведь получается, что именно это чувство он ко мне испытывал.
Проснувшись, Босс хмуро на меня посмотрел и потопал в ванную. До меня донеслись приглушенные ругательства. Меньше надо было ночью реветь, тогда бы и глаза не были такими красными и опухшими. Он вышел из душа, полностью приведя себя в порядок, и пошел к двери. Я лихорадочно пытался сообразить, что бы ему сказать? Я должен что-то сказать, должен!
– Ненавижу мяту, – ляпнул. Сжался, когда Александр замер, схватившись за дверную ручку.
Затем он медленно повернулся. Я поразился той боли, что была в его глазах.
– Не смей так говорить, – тихо, угрожающе, тоскливо.
– Ладно. Я правду сказал, – пожал плечами.
– Конченый, пизди поменьше! Тебе всегда нравился этот запах! – яростно, сквозь зубы.
– Да-да, я пошутил, – спохватился, забыв о вкусах брата.
Босс вышел из комнаты. Я сидел на кровати, представляя, что будет, если он узнает о подмене. Убьет меня? Нет, кого-кого, но только не меня. После сегодняшней ночи я уверился в том, что я-Паша очень дорог Боссу. Был. Я же "умер", а перед этим убил брата. Не стал долго думать о плохом, размышлял о чувствах Александра. Бля, а приятно. Меня никто не любил, но нравился я многим. Внешность делает свое дело: привлекает взгляд к оболочке, скрывая нутро.
Следующие несколько дней он снова приходил нажравшийся и трахал меня так же неторопливо и сильно. А ночами опять звал меня во сне. Только теперь я сразу обнимал его, перебирал темные пряди волос, шептал всякие глупости на ухо. А когда он успокаивался, прижимался ближе и тоже засыпал. По утрам говорил какой-то бред, лишь бы что-то сказать.
Однажды ко мне пришла Карина. Зло посмотрела и начала орать. Оказывается, его ежедневные попойки плохо влияют на его же работу. Авторитет снизился, пусть и ненамного, но уже настораживает. На все вопросы о причинах отвечает что-то вроде "привет из загробного мира". Если это из-за меня, то мне лучше сдохнуть.
После она достала из сумочки пушку и направила на меня. Я спокойно смотрел на дуло. Затем перевел взгляд на женщину.
– Где тело моего брата?
– Эээ, не знаю, – растерянно.
– Ты знаешь, что он с тобой сделает, если ты меня убьешь? – вкрадчиво.
– Ничего! – отрезала. – Ты сам виноват, сначала Пашку грохнул, потом ему жизнь портить начал, теперь совсем обнаглел!
– Если убьешь меня, будешь наказана намного сильнее.
– С какой стати, – не опуская руку с оружием.
– Узнаешь, если рискнешь, – невозмутимо.
– Ты что, совсем смерти не боишься? – с любопытством, пряча пистолет обратно в сумочку.
– Боюсь? Долгое время я мечтал о ней, – горько рассмеялся.
– А теперь?
– Не знаю, – честно.
Вечером Александр пришел опять пьяный. Только я переждал боль проникновения, как сразу сказал:
– Ненавижу мяту.
– Забейся! – ускорился.
– Ненавижу мяту! – повторил громче.
– Ебало забей! – рычит, двигается грубо, резко.
– Ненавижу мяту, – третий раз повторяю и получаю ответ не сразу.
– Я знаю, Паш. Прости, – сдавленный голос, медленные толчки, ласковые поглаживания по спине.
– Остановись, – уверенно.
Босс остановился и вытащил из меня член. Я повернулся к мужчине, губами собрал слезы с его лица и нежно поцеловал. Ответ не заставил себя ждать. Его поцелуй был пропитан болью, отчаяньем, любовью... Как и мой. Я лег на спину, раздвигая ноги.
– Попробуй так.
Он лишь согласно кивает, но не спешит входить. Ласкает мою шею, покусывает ключицы, нежно касается сосков. Его губы все ниже и ниже, а я возношусь на небеса. В этот раз боли почти не было. Мимолетная, почти не заметная, лишь приятно разбавляющая наслаждение. Аккуратные движения, непрерывный поцелуй, руки, порхающие по всему телу, и глаза – синие, когда-то казавшиеся мне ледяными, теперь – цвета моря, в котором можно утонуть. И я утонул. Просто позволил себя затянуть в глубокий омут без права на возвращение. И свое имя, слетевшее с его губ, и смерть близкого человека, и боль, причиненная мне – все это было не важно.
Как заснул, я не помню. Только когда открыл глаза, увидел солнечный зайчик, удобно расположившийся у меня на носу. Потянулся с довольной улыбкой. Сейчас тело не ломило, а приятная усталость мало волновала меня. Вечером можно повторить произошедшее. Скорей бы пришел Александр.
– Проснулся? – его голос. Как я сразу не почувствовал запах мяты?
– Да.
– И как себя чувствуешь? – ненависть. Но почему?
– Хорошо. Почти...
– И почему почти? – теперь прибавилась и боль.
– Вы меня ненавидите?
– Что? – безмерное удивление. – Нет, конечно! Только...
– Только?..
– Почему ты молчал? – прижимает к себе, ласково проводя носом по моей щеке.
– Боялся, – честно.
– Прости, – после долгой паузы.
– Уже, – смеюсь.
Вижу его восхищенный взгляд и удивленно поднимаю бровь.
– Что?
– Первый раз слышу твой смех. Так классно, – тянет, как подросток.
Смущаюсь.
– А почему "почти"?
Понимаю, что опять поднялся вопрос о самочувствии.
– Ненавижу мяту, – широко улыбаюсь и припадаю к его губам.

@темы: слеш, неожиданно, мини, Ориджиналы, Закончен

URL
Комментарии
2010-01-24 в 16:13 

Класс оридж! Только не понела как паша своего брата убил.И за что?

2010-01-24 в 21:10 

Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Я думаю написать еще два ориджа: от лица Александра, и сиквел к Мяте

URL
2010-01-24 в 21:14 

я тоже этого хочу)))

2010-01-25 в 03:27 

Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Оки) Без базара)))))

URL
2010-02-03 в 01:54 

он умеет проходить сквозь дыры расстояния (с)
тата,класс)) а если еще и продолжение будет,то вообще супер))))
я становлюсь вашей фанаткой...и эт после двух(пока двух)) прочитанных расскаов))

2010-02-08 в 16:59 

Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Fudzin Akane , спасибо вам большое))))

URL
2010-02-08 в 21:48 

Русёна
Все в наших руках, поэтому их нельзя опускать. (Коко Шанель)
Это хорошо, если от Александра будет написано. Можно, конечно, вообразить самим читателям, но это уже не то.

2010-04-10 в 23:16 

paksenarion
Так глупо бояться счастья только потому, что оно неотъемлимо от боли (с)
абсолютно нереалистично, ничего не понятно, но классно)

2010-06-15 в 17:08 

Kuro-chi
Чтобы постельные сцены были хорошими - им нужна долгая "выдержка" (Жизненное правило автора)
Вай... Мне очень понравилось! Так атмосферно! *побежала читать пов Александра* Только почему он брата-то прибил? О_о Задолбал? *первое что пришло в голову*

2010-06-15 в 18:14 

Yaoi_no_musume
Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Kuro-chi Задолбал? - :-D:-D:-D
Когда-нибудь доберусь до пов Антона и узнаешь)

URL
2010-06-15 в 18:26 

Kuro-chi
Чтобы постельные сцены были хорошими - им нужна долгая "выдержка" (Жизненное правило автора)
Что ж, буду ждать)))

   

yaoi_no_nikki [ориджиналы яой]

главная