18:48 

Посмотрим. Глава первая

Yaoi_no_musume
Я не намерен портить отношений ни с небесами, ни с адом, — у меня есть друзья и в той, и в другой местности © Марк Твен
Название: Посмотрим
Бета: Kuro-chi
Рейтинг для каждой главы свой: PG
Жанр: слеш, ориджинал, повседневность, романс
Размер: макси или миди
Статус: в процессе

Вступление

Знаете, что происходит, когда ты влюбляешься? Влюбляешься по-настоящему, впервые, после всех несерьезных отношений? Ты не веришь. Просто-напросто не веришь, что это правда, что не пройдет через пару-тройку недель. И чтобы не заблуждаться и не обнадеживаться, ты убежда-ешь себя в том неверии. Ты стараешься не думать, что это вообще возмож-но. А если настолько глуп, что начнешь так считать, то и ему скажешь. Скажешь, что, мол, ты классный, у нас все пучком, но я же знаю, что это ненадолго, и мы скоро расстанемся, ну, ты же сам знаешь. А он и знает, вот только кому понравится, когда такое говорят в самом начале отношений? Никому. И он обижается, а ты смеешься. Смеешься от его обиды, в то же время заглушая в себе нежность, показывая полное отсутствие ревности и кучу пофигизма.
А что потом? Потом наступает второй период – ты веришь. До тебя до-ходит, что вот она, Она! настоящая, реальная всамделишная любовь. И что тогда? Ты боишься сказать об этом, сказать вслух, разрушить легкую атмо-сферу в ваших разговорах, общении, отношениях, лишь подшучиваешь, смотри, мол, как бы ни влюбился в тебя. И он смеется, не верит, как ты и хотел, как и ты не верил в начале. Только вот от этого не легче, наоборот, тяжело, ведь у тебя появляется весь букет классической влюбленности: и ревность, и недоверие, и щемящая душу нежность, и восторг, и прочее, прочее, прочее. И вместо того, чтобы измениться, заменить привычное "я-тебя-не-полюблю" поведение, на какое-нибудь "знаешь-я-влюбился", ты загоняешь все эмоции внутрь, вглубь себя, ведь уже создал себе образ, имидж такого независимого, что "тише-тише, не дышите, на Вы и шепотом говорите".
И все, что чувствуешь к нему, ты не показываешь, лишь иногда, изредка, лишь в моменты, когда это будет безопасно, когда он примет всё в шутку, только в такие моменты можно показать малую частичку своей любви. И третий период, когда отношения разваливаются. Вот тогда ты боишься, боишься потерять его, боишься, что он все же бросит тебя. И тогда ты, придурок, показываешь свою любовь. Глупо, нашел когда. Когда это будет выглядеть, как жалкая попытка удержать его? Пусть ты и полюбил давно, но он-то этого не знает, он лишь видит тебя такого разнесчастного, твои красные глазки, твои дрожащие губки, слышит твои жалобные "я тебя люблю", "не уходи от меня". И из разговоров у вас остаются только две темы: твоя "я тебя люблю", и его "поговорим позже". И что? Думаешь, этими разговорами, этим поведением ты вернешь его? Вернешь любовь? А если и не было ее, любви-то? А если твоя долгожданная настоящая любовь – безответна? Что тогда? Слезы, слезы, слезы, мать твою тогда, только слезы тебе остаются. Рассказывать друзьям о своих страданиях, чтобы пожалели? Пожалуйста, жалеют. Легче? Безусловно, легче, только надолго ли? Нет, на час-два, не больше. Уйти в загул-запой? Тоже легче не думать, а что потом? Апатия, де-прессия, даже агрессия. Вот и расстались, блин.
После расставания никаких звонков, смс, встреч, вообще никаких кон-тактов, ты же гордый, блин. Больше никаких унижений, как в третий, по-следний период. Сидишь дома, ничего не делаешь, надеясь, что пустота внутри заполнится хоть чем-нибудь, хоть какой-нибудь жаждой жизни. Что захочешь чем-то заниматься, куда-либо идти, с кем-либо разговаривать. Да только бесполезно все это. И тогда ты начинаешь внушать себе, ну, полюбилось, так и разлюбится ведь, да что там, уже разлюбилось, уже и не думаешь о нем, все! Прошла любовь, ты свободный человек, красив, умен, да за тобой табунами бегать будут, сдался тебе этот козел! И идешь гулять, общаешься, смеешься, а нет-нет, увидишь кого-нибудь, хоть отдаленно его напоминающего, и сердце в груди сжимается, и тоскливо становится. Но это еще ничего, а вот когда встретишься с ним, пусть случайно, и думаешь, вот, все прошло. Да, он симпатичный, да, тебе нравится, так ведь не любишь же. Ну да, а через час опять заведешь тему «я люблю, люблю, люблю». И что он? Он не смеется, не утешает, просто смотрит так, будто взглядом говорит «глупый ты, и маленький, ну зачем ты мне такой?». Именно так, «зачем ты мне», а не «зачем я тебе». Может, и к лучшему, что так, а все равно, жестоко и больно. И опять слезы, при нем плачешь, и стыдно так, и противно за себя, что такой дурак, не сдержался, разревелся, опять, как будто на жалость давишь. А ты не давишь, просто заполнилась та внутренняя пустота болью и тоской, вот и выплескиваешь, не можешь молчать. И сил уже нет, уходишь на середине предложения. И дома всласть наревешься, заснешь, а утром встанешь, по-смотришь на опухшие глаза, и что-то в тебе сломается, и ты поймёшь, что все. Все закончилось, не будет у вас ничего, и мечтать больше не о чем. Когда-нибудь, через десять-двадцать лет, быть может, когда жены, дети, работа-проблемы, будет у вас что-нибудь, и на одну ночь. Но уже не сейчас, не тогда, когда молоды, куда-то спешите, когда всего мало. Только нужно оно тебе будет тогда? Не знаешь и знать-загадывать не хочешь. Вот такая она, любовь-то.

Глава 1


Максим глянул на светящийся экран мобильного. Ну, кто бы сомневался – Толян. Парень вырубил звук и снова откинулся на подушку. В последнее время он только и делал, что курил, спал и глядел в потолок. Так тухло он давно себя не чувствовал. Не плохо, не паршиво, а именно тухло. Причина данного самочувствия такая, что сам Макс не поверил бы в это, скажи ему кто около полугода назад. Любовь, так ее раз так. Уже два месяца прошло с расставания с Олегом, а жизнь так и не вернулась в привычную колею. От этого становилось только хуже, пусть его больше и нет в жизни Макса, а все равно умудряется ее портить. Черт, так дело не пойдет, надо вставать, решил парень и резко поднялся. Тотчас голова закружилась, а в глазах потемнело. Он ухватился за столешницу, подождал, пока зрение вернется. Затем взял мобильник и набрал номер Толяна. В кои-то веки на телефоне деньги были.
– Ну, здорово, чего не поднимаешь? – раздался голос друга.
– Спал, – кратко сказал парень, ища сигареты.
– Уже третий час!
– Да? Я не слежу за временем, ты знаешь, – процедил он, зажав зубами сигарету и роясь в поисках зажигалки.
– Н-да, никто не сравнится с тобой в том, чтобы поспать, – хохотнул Толян. – Слушай, что вечером делаешь?
– Сплю, – буркнул Макс, чиркая колесиком зажигалки. Кремень вылетел.
– Действительно, что еще вечером делать, – ехидно сказал друг. – У меня предложение, ты давно в центре не был?
– Года полтора, – вторая вообще закончилась. Плюнув, парень пошел на кухню, взял спички и закрылся на балконе. Первая за день сигарета, и как всегда после первой тяги повело.
– Пошли, прогуляемся, – чуть просительно сказал Толян.
– Впадлу, – выпустил дым парень.
– Тебе все впадлу, пойдем, я же запретный прием применю!
– Ну? – заинтересовался Макс.
– Ты мне друг?
– Бля, – застонал он, – может, потом как-нибудь?
– Твое потом еще неизвестно когда настанет, мы идем, да и компания хочет с тобой познакомиться, я им про тебя рассказывал.
– Хм, например, что после наших встреч ты всегда под градусом? Или о том, что я тебя задолбал рассказами о сексе? – поинтересовался Макс.
– Кхм, ну, и это тоже, – смутился друг. – Часов в восемь я зайду, будь готов, – и не дождавшись ответа, положил трубку.
– Отлично, – саркастически пробормотал Макс, глядя на телефон.
Вздохнув, парень поднял голову и, глядя в небо, затянулся. Желания куда-либо идти у него не было. Разве что пива дома у кого-нибудь попить. Или в подъезде, если не у кого. Только с кем в подъезде-то сидеть? Вышли все из этого возраста, теперь не модно, не цивильно, не гламурно. Уже не дети, чай. Но и взрослости же тоже не ощущается, только какая-то тоска от того, что уже девятнадцать. Нет, – резко помотал головой Макс, – еще только девятнадцать. Он еще мальчишка, которому позволено совершать глупости. Решив так, парень успокоился. Может, и правда, сходить, развеяться, свежим воздухом подышать? И с Толяном нормально поболтать, а не как в последнее время – на пять минут покурить. Несмотря на такие мысли, особого вдохновения Максим не чувствовал. Хотелось завалиться в кровать с какой-нибудь книжкой, и погрузиться в чужой мир, не реальный, лучше, намного лучше.
Покачав головой, парень вышел с балкона. Хм, странно, тишина какая. Выглянув в коридор и не заметив детской коляски, он понял, что мать с ребенком ушла на улицу. Зайдя к себе в комнату, Макс закрыл дверь. Эта привычка осталась еще с детства, когда родители начали ругаться. И теперь все равно, есть дома кто, нет, дверь в его комнату всегда закрыта. Иначе он чувствует себя слишком уж неуютно. Иногда даже ночью просыпается, если кто дверь откроет.
Развалившись на кровати, Максим снова уставился в потолок. Он ни о чем не думал, просто смотрел на пенопластовые квадраты, на кругляши плафонов и фосфорные звездочки на стенах. Было тоскливо и… тухло.
В половину восьмого парень побрел в душ, затем начал одеваться. Спустя минут десять со скепсисом оглядел себя в зеркале: брюнет, короткая стрижка, выделяющиеся красивые глаза, белая майка с иностранной надписью, светлые хлопковые штаны и белые кроссы. Никаких цепей, черепов, ничего черного, как было раньше. Теперь он обычный среднестатистический парень. Кисло посмотрев на свое отражение, Макс скривился и вышел из дома. Подойдя к соседнему подъезду, он закурил. Через минут десять выбежал Толян и, заметив друга, кинулся к нему.
– Я подумывал, что ты не придешь, – доверительно сообщил он ему.
– А как же запрещенный прием? – усмехнулся парень.
– Ты мог просто заснуть, – пожал плечами Толян.
Макс кивнул, соглашаясь. Действительно, бывало и такое, ляжешь подремать на полчаса, а просыпаешься далеко за полночь.
– Надеюсь, компания не фанатская? – спросил он, вспомнив рассказы друга?
– Нет, обычная, разве что на политике немного сдвинутая, – отмахнулся тот.
– На политике? И как ты туда вписался? – удивился Максим.
– Ну, они же не всегда о ней говорят.
– Хм.
Заскочив в автобус, некоторое время ехали молча. Макс то и дело по-глядывал на друга. Симпатичный, Толик был классическим примером мальчика-зайчика: пухлые губки, большие невинные глазки и, конечно же, блондин. К счастью или к сожалению, он и был таким, невинным, немного наивным, жизнелюбивым и общительным. Из-за этого Максим постоянно за него волновался, по поводу и без. Пусть у них разница в возрасте всего год, его мало успокаивало, Максим чувствовал ответственность за друга.
– Выходим. Ты заснул, что ли? Стоя? – пихнув парня в бок, хихикнул Толян.
– Если б мог. А так я ж не лошадь, чтоб коленки защелкивались, – зев-нул он.
Шли они не спеша, что для Максима было непривычно. Они привык ходить скоро, целеустремленно, причем целью чаще всего являлась какая-нибудь лавочка, или еще что, где можно посидеть. Спустя десять минут они оказались на окраине городского парка, где фонари горели очень редко. Правда, сейчас было еще светло, так что особой разницы не было. На одной из скамеек сидела небольшая компания, человек в семь. К ней и направились.
– Привет всем! – весело воскликнул Толян.
– Толясик! – крикнул какой-то парень, стискивая того в объятиях.
Остальные приветствовали их менее бурно.
– Знакомьтесь, это Макс, – показал на друга Толян.
– Наслышаны, – хохотнула девица с длинной тонкой косичкой возле челки. Симпатичная. – Угощайся, – она протянула парню бутылку с пивом.
– Спасибо, – буркнул Максим, присасываясь к горлышку и не обращая внимания на имена ребят, знакомившихся с ним. Все равно не запомнит.
– Олег, – сказал один из парней, и Макс чуть не подавился.
"Однако, – думал он, дурацкое имя". В целом, как решил парень на ис-ходе дня, вечер прошел не плохо. Определенно неплохо, додумал он, зацепившись ногой за ногу и чуть не врезавшись носом в остановку. До нее дошли он сам, Толян и Таня, подруга той девчонки с косичкой. Таня была красива той редкой красотой, которую называют «взрослая невинность». Когда черты лица уже вытянутые, без детских припухлостей, но брови приподняты, носик аккуратненький и губки слегка надуты. И все естественно. Девушка Максиму понравилась, пусть слегка, но и то про-гресс. Толян это заметил и тихо посмеивался, стоя в сторонке, пока они болтали и обменивались номерами телефонов.
В троллейбусы они с девушкой сели разные, и друг тут же подсел к парню.
– Ну, как она тебе?
– Ничего, – одобрительно кивнул парень, но тут же нахмурился и добавил, – только ты сам понимаешь…
– Понимаю, – вздохнул друг, – это ничего не значит.
– Именно, – подтвердил Максим, – ничего.
Перед тем, как разойтись, они еще покурили под подъездом и поговорили. Ночью, лежа в постели, Макс вспоминал слова друга.
– Мучиться ты будешь всякий раз, как увидишь его, или вспомнишь. Так не лучше ли, чтобы этого не случалось, чтобы голова была забита чем-нибудь другим?
– Или кем-нибудь? – насмешливо спросил парень.
– Нет, «кем-нибудь» у тебя увлечься не получится. Ты же о своих интрижках думаешь только тогда, когда непосредственно перед тобой, и в течение пяти минут после того, как попрощаетесь. Слишком привык к отношениям, – покачал головой Толян.
Он прав, подумал Максим, о них я задумываться не буду, тогда о чем? Почему-то в голову ничего не лезло, кроме Олеговых кошек. А почему бы и нет? Почему бы не завести себе котенка? Решив так, парень повернулся на другой бок. Сон, однако, не шел, и Максиму пришлось подключать к телефону наушники и включать музыку. Через 15 минут парень уже спал и не знал о том, что еще долго по его лицу будут катиться слезы

@темы: слеш, макси, Посмотрим, Ориджиналы, В процессе

URL
Комментарии
2011-10-04 в 11:24 

Alian Arrey  Kachchery
ака ~Хаотичное Божество~//На вкус и цвет... все яды разные...//Поиграюсь и отпущу с миром. Новым миром в твоей голове...(с)Arrey
С возвращением! хоть и недолгим, но продуктивным
Пролог тяжеловат, но зацепил

2011-10-22 в 19:36 

racoon1111
Очень рада что вас видеть на дневе)))

   

yaoi_no_nikki [ориджиналы яой]

главная